Размышления Виктора Сергеевича ТОПОРЕНКО,
учителя биологии Ришельевского лицея
Обычный день. Сижу, дежурю в лицее, придумываю коварные вопросы для восьмых классов. Никого нет. В общем, тишь и благодать. И тут в учительскую, в своей неподражаемой манере, входит Виктор Павел Андреевич. Благодати стало в два раза больше. У нас завязалась дружеская беседа, которая закончилась для меня весьма и весьма неожиданно.
– Виктор Сергеевич, у меня сейчас есть свободное время (зная Виктора – это уже смешно!) и я хочу заняться сайтом экспедиции. Вам придется мне помочь,– сказал Павел Андреевич.
Я сразу согласился, не зная, к чему все идет.
– Вы были в экологических экспедициях с учениками лицея еще 1993-1994г.г., а сейчас мы только вернулись с Волыни. (В ноге что-то мерзко заныло: «Ночной переход»,– подумал я.) Мне срочно нужно вступление на сайте, да и тема легкая: «Что такое экологическая экспедиция». Но у меня просьба, если можно к понедельнику, через два дня.
И смотрит так, что отказать нельзя, в общем, добрейшей души человек наш Павел Андреевич. Делаю последнюю попытку:
– А как же Колебошин?
– У человека отпуск, он отдыхает (Колебошин отдыхает?! – Ха-Ха – это даже не смешно), а вы на работе,– безжалостно сказал Виктор, и я сдался. Мы еще о чем-то говорили, но мои мысли уже где-то очень далеко.
…Год 1993. Я – высокий, атлетично сложенный блондин, гордо стою на носу моторного катера, переправляющего нас через Дунай на остров Ермаков. На его борту шесть отважных лицеистов сидят на горе припасов, палаток и приборов. Над катером гордо реет энтомологический сачок. Самое смешное, что кроме атлетически сложенного блондина, все остальное правда.
Первая экспедиция была очень малочисленная и входила в состав экспедиции городской станции юных натуралистов, образуя отдельную группу – энтомологов. Да, но это было давно, когда были брезентовые палатки, ватные спальники, а корематы – это вообще, экзотика!
А что сейчас? Что это зверь – экспедиция? Чем отличается от обычного похода? Зачем все это? И, главное, кому это нужно?
«Тогда» и «сейчас» отличаются до смешного малым. В конце 90-х годов в районе Дуная проводили экологические лагеря численностью до 100 человек, куда приезжали ребята из разных городов Украины. Но у нас всегда был свой стиль и свой особый дух. Мы всегда помнили, что мы не просто одесситы (что уже звучит очень гордо, а «стоит» еще дороже), но и лицеисты, и не просто, а лицеисты Ришельевского лицея. И доказывать приходилось очень часто и на утренней зарядке, и на работе в поле, и на ежевечерних научных докладах. Даже в элементарной игре футбол мы должны были выиграть у Энска. По ногам нас лупили жутко, а мне как вратарю выбили все пальцы на руках и зашибли ребро, но мы выиграли 10:0.
Если кто-то попадал в тяжелую ситуацию, мы всегда были готовы помочь и помогали. Я очень рад, что этот дух, этот стиль поведения сохранились и у современных лицеистов. Желание быть лучшим, быть первым, но не за чужой счет, а потому, что ты лучше сейчас, отсутствие страха признать, что тебя победили в честной борьбе,– на мой взгляд, очень здорово.
Лицеисты двадцатого и лицеисты двадцать первого века очень похожи. Сашка Щур и Женя Юшкевич – два сапога пара. (Я очень рад, что они разнесены по времени – в одной экспедиции эти два сапога …) А еще были братья Кругляченко, Ваня Говран и Илья Цимбалист, Женя Юров и Вячеслав Гапоненко, и др. Почти каждому сегодняшнему экспедиционщику можно найти «аналог» десятилетней давности. И это здорово.
Так что же такое экспедиция? Экспедиция – это борьба, ежедневная борьба с самим собой, со своей усталостью.
« – Какая зарядка в 6 утра, я лег в два часа ночи! (Сам виноват)»
« – Сколько нам еще идти?
– Шесть км…
– Да вы что, 10 мин назад было четыре…!!??»
« – Палатки…Как я их ненавижу : собрали, разобрали, собрали, разобрали, бр…р»
« – Идти за водой для обеда? Да вы что, я только что прошел 30 км!!! Ну и что, что я дежурный !? (А ведь все равно идет.)
Таких «криков души» можно перечислить очень и очень много, но есть такое слово – «НАДО».
Экспедиция – это борьба со своей злостью. Ведь вокруг тебя твои одноклассники, люди, живущие с тобой в одной палатке, с которыми ты сидишь у одного костра, ешь из одного котелка.
Экспедиция – это борьба со своей ленью.
« – Не буду сушить палатку после дождя! (Ну и спи потом в мокрой и вонючей палатке.)
« – Да ну, все в рюкзак запихну кое-как и пойду . (Иди, только спину разотрешь и будь здоров!)»
Кроме себя, любимого, нужно бороться еще и с погодой…
В каждой экспедиции, в каждом походе меня удивляют девчонки, которые решаются на эту авантюру… Ночной переход, дорога ужасная, дождь, мокрые рюкзаки, вещи, ноги… Нас ведут Босс и Пал Андреевич по «спутнику» (и никто не знает, когда села батарея). Я с Михал Михалычем замыкаем колону, ругаемся тихо, но очень «зло». А наши девчонки, периодически смахивая капли дождя, «прут» (извините, другое слово не подходит!) с таким выражением лица, что сразу становится понятно, что десять км за два часа в таких условиях – просто «плевое» дело.
Победив погоду, комаров, себя, нужно научится самому сложному (для меня уж точно!). Подчинению. В экспедиции фраза: «Начальник всегда прав» – не просто важна, а жизненно необходима. И чем быстрее вы научились это принимать и выполнять самые, на Ваш взгляд, идиотские распоряжения, тем больше вы повысите шансы экспедиции закончиться благополучно.
Экспедиция в целом воспитывает характер, убирает мелочность. Ты понимаешь, что помочь надеть рюкзак – это правильно, бережет время, и силы всех. Что обедать у чужого костра, когда твои товарищи еще готовят – это мерзко. А когда ты пришел из «радиалки», и другие ребята – гидрологи, метеорологи, биологи, астрономы, геологи – приготовили для вас чай и поделились обедом – это круто. Когда играют в футбол, а ты не знаешь за кого болеть. (Ведь хочется, чтобы выиграли все.) Вот тогда ты начинаешь понимать себя, людей, с которыми ты столько всего пережил.
И перестаешь кричать:"Биологи рулят!"
И начинаешь кричать:"Рулит лицей!"
Костя Шишкин после очень эффектного возвращения из «радиалки» мне сказал:"Очень хочется, чтобы мы научились радоваться за других, ведь это так здорово, когда у того, кто рядом, все хорошо!" (Костя, извини, текст я переврал, но суть передал, кажется, точно.)
Еще один важный аспект экспедиции – это научная часть. Да-да, именно научная. Участники экспедиции делятся по направлениям: гидрологи, геологи, метеорологи, биологи и астрономы. Участников экспедиции обучают работе с различными методиками, необходимыми для достижения определенных целей. Например, изучение мощности почв, видового состава энтомофауны, измерение температуры, влажности, давления. (Все, конечно, очень просто, но замеры проводят каждые два часа, круглые сутки, в любую погоду). Определение места стоянки при помощи секстанта, измерение электропроводимости воды в различных водоемах. Кроме этого, апробация различных экологически чистых средств борьбы с насекомыми. Изучается влияние различных факторов на изменение давления человека, а также проводятся различные психологические тесты. (Тоже, вроде ничего особенного, на привале возьми тонометр и измерь давление у 15 человек, а потом покажи 10 квадратиков разных цветов, попроси отобрать в порядке убывания цвета, которые соответствуют твоему настроению. Вот-вот!!! «Терпение и терпимость!» – вот наш девиз!)
Кроме того, лицеисты учатся правильно обращаться с приборами. Проходят теоретический курс, на наглядных примерах видят взаимосвязь различных направлений экспедиции. (Одним из факторов изменения давления у человека является изменение атмосферного давления. Поэтому биологам было важно получать сведения от метеорологов об изменении атмосферного давления.) Так что экспедиция – это еще и разнообразная «умственная деятельность».
От похода экспедиция отличается не только ее большой и тяжелой научной частью (в прямом смысле этого слова – барометр очень тяжелая и крайне неудобная штука). Полученные результаты необходимо еще обработать, сделать доклад вечером у костра, и ответить на вопросы не в меру любопытных товарищей.
Поход – это больше: «Безумству храбрых поем мы песню!», а экспедиция – это другое… Тут важно не только дойти, не только изучить место, куда тебя завела твоя наивность и «отцы-командиры», но и умение «найти себя» во внезапно сформировавшемся коллективе. А это 65 человек не только сверстников, но и руководителей направлений: преподавателей, студентов, аспирантов. Ты должен победить в себе мелочное («Я лучше», «Я молодец», «Посмотрите, какой я, я …») и понять, что в экспедиции Все становятся лучше и наоборот, Все могут стать…
Но есть одна вещь, объединяющая любую экспедицию и любой поход. Это – вечер у костра с гитарой, когда ты вытягиваешь стертые ноги, пьешь чай, слушаешь гитару, а иногда и подпеваешь. (Хотя меня всегда просят не делать этого. Странно...)
Я рад, что в лицее остались еще люди, которые преодолевают трудности, находят в себе силы для организации такого нужного, очень нужного, но такого «гембельного» мероприятия, как экологическая экспедиция. Огромное спасибо Колебошину Валерию Яковлевичу, Виктору Павлу Андреевичу и всем, кто им помогает, за то, что спустя 10 лет я снова окунулся в ту же атмосферу, ощутил тот же дух и получил море удовольствия от общения и работы в экспедиции 2007 года.
Ну, а если вы не боитесь испытать себя и готовы работать, тогда мы ждем вас в этой таинственной экспедиции.
